Врач в экзистенциальном измерении

Дорогие коллеги!

Редакция и редколлегия сердечно поздравляют вас с Днем медицинского работника! Преданные своей профессии, вы щедро дарите людям доброту, внимание и заботу. Бесценный багаж ваших знаний — оплот настоя­щего и залог успешного будущего белорусской медицины. Пусть этот праздник согреет вас теплом тысяч благодарных сердец! Крепкого здоровья, удачи и счастья!

Особенности медицинской профессии нередко создают трудные экзистенциальные проблемы. Известный хирург В. Л. Боголюбов (1874—1935) писал: «Медицина есть энциклопедия жизни. Кто же, как не врач видит… рождение, жизнь и смерть, здоровье и болезнь, боль, страдания и радости, все величие и всю ничтожность человеческой души, и все это — все в новых формах и проявлениях?!» Экзистенциальная проблематика находит отражение в мемуарах, очерках и художественных произведениях врачей. Достаточно вспомнить литературное наследие М. Я. Мудрова, С. П. Боткина, Г. И. Россолимо, А. П. Чехова, В. В. Вересаева, М. А. Булгакова А. Кронина, А. Швейцера. Опасение за жизнь другого человека, боязнь причинить боль, страх перед смертью тяжелейшим грузом ложатся на плечи медика. Как покаяние можно воспринять описание ужаса, стыда и отчаяния, которые они испытывали в своей профессиональной деятельности.

Пациенты смотрят на врача как на смелого и ответственного человека, для них несовместимы понятия «врач» и «страх». Действительно, медик никогда не откроет свои переживания, тем не менее, страх — неизбежный спутник его профессии. Писатель-врач В. В. Вересаев (1867—1945) говорил, что испытывал страх «чуть не перед половиною своих больных и страх этот еще усиливался от сознания моей действительной неопытности. …Но мало-помалу явилась привычка, я перестал бояться, больше стал верить в себя; каждое действие над больным уже не сопровождалось бесплодными терзаниями и мыслями обо всех возможных осложнениях. Но все-таки висящий над головою дамоклов меч «несчастного случая» и до сих пор держит меня в состоянии непрерывной нервной приподнятости». Немецкий психотерапевт Ф. Риман (1902—1979) писал: «Страх является неизбежной принадлежностью нашей жизни. Постоянно изменяясь, он сопровождает нас от рождения до самой смерти. Страх содержится в нашем существовании и является отражением нашей зависимости и нашего знания о неизбежности смерти. Мы можем только пытаться противопоставить развитию страха наше мужество, доверие, знания, силу, надежду, покорность, веру и любовь».

Страх обусловлен особенностями медицинской профессии и бывает деструктивным и конструктивным. Деструктивный страх порождает трусость, может стать причиной трагических ошибок и порой граничит с преступлением. Подверженный страху врач скован в своих действиях и не способен выполнить стоящие перед ним задачи. «Трусливый врач — это страшный врач, потому что он найдет тысячи возможностей ничего не делать для больного» (Б. Е. Вотчал).

Страх связан с неизбежным риском в профессиональной деятельности. «К риску надо прибегать всегда, когда это в интересах больного, когда он обоснован научными данными и медицинской практикой, когда цели невозможно достичь иначе и когда к нему прибегают с согласия больного. Отказ от профессионального риска из-за некомпетентности, необоснованной боязни перед ответственностью, ведет, как правило, к росту врачебных ошибок» (Г. Скрипкару).

Напряженно и драматично медики переживают страх перед собственной смертью и неисцелимой болезнью.
Врач Е. Гилева выразила это состояние в стихотворной форме, что особенно остро передает эмоциональное напряжение:

Я боюсь умирать и прошу вас, друзья,

Вы на самом краю обманите меня!

Загляните в глаза, поругайте чуть-чуть,

Уверяя, что вовсе не кончен мой путь.

Поддержите ладошку рукою своей,

Анекдот расскажите, так жить веселей.

Помолитесь за грешную душу мою…

Знаю, мне не бывать в благодатном раю.

Попросите старуху со страшной косой,

Чтоб во сне утащила, порою ночной…

Так боюсь умирать и прошу вас, друзья,

Вы на самом краю обманите меня.

Особой разновидностью страха является чувство стыда и вины, которые являются постоянными спутниками в жизни врача. В истории медицины немало примеров, когда груз моральной ответственности и ощущение вины были настолько невыносимы, что приводили к трагическим последствиям — добровольному отказу от любимой профессии, душевным расстройствам, самоубийству.

В работе врача нет шаблонов и стереотипов. Перед каждым пациентом он в состоянии принятия новых решений, будучи в альтернативных ситуациях слугой двух господ — Жизни и Смерти. Как поступить, что делать, когда свобода выбора тяжелым бременем лежит на плечах? Ответом является давняя заповедь «Не навреди!».

 

 

С уважением,

профессор                                                                                                        Ю. К. Абаев

 


Автор(ы): Ю. К. Абаев
Медучреждение: Редакция журнала "Здравоохранение"