У ПОСЛЕДНЕЙ ЧЕРТЫ

Дорогие коллеги!

 

Образование современного врача основано на вере в могущество медицинской науки, способной научить обнаруживать ранние признаки болезни и своевременно ставить диагноз, открывающий путь к лечению, возможности которого сегодня чрезвычайно велики. Однако воинствующий оптимизм теряет свой блеск при общении с итогами «терапевтического торжества» в прозекторском зале, где врач видит, что «нет ничего вернее смерти». Постижение этой мудрости, к сожалению, не открывает таинств поведения медика у постели человека, отходящего в мир иной. Как восполнить этот серьезный пробел в образовании врача и научить умирающего пациента восхождению к мученическому концу жизни?

Забвение смерти порождает множество ошибок и разочарований. Умирание и смерть — это часть жизни, осознание которой дается с большим трудом в связи с особенностями нашего воспитания. Взять хотя бы безумную попытку построить «рай на земле», печальный опыт которой имеет наша страна. Атеистическая модель мира, погоня за счастьем любой ценой, даже ценой крови и чужой жизни — разве не расплачиваемся мы сейчас за все это? Несформированное представление о смерти обедняет наше существование, тогда как стремление понять закономерный уход из жизни позволяет расширить границы видимого мира, дает возможность подняться до осознания таких «вечных вопросов», как смысл бытия, вера, безверие, Бог, оценить,
а нередко и переоценить собственную систему ценностей.

Страшная примета нашего времени — человеческое равнодушие и холодность, доходящие до такой степени, что выражение «стакан воды некому подать» становится реальностью. На Западе паллиативную помощь и хосписы давно перестали воспринимать как что-то необычное. Люди умирают, это происходит каждый час, каждую минуту, кто-то легко и быстро, кому-то суждено мучиться не один месяц. Разве нельзя создать максимально комфортные условия этих последних дней?

Христианское понимание непостыдной кончины включает подготовку к смертному исходу как к духовно значимому этапу в жизни человека. Окруженный заботой в последние дни земного бытия, он способен пережить благодатное изменение, связанное с новым осмыслением пройденного пути и покаянным предстоянием перед Вечностью. В медицинских учреждениях врачи лечат и убеждают пациента в том, что он непременно поправится. В хоспис определяют тех, у кого нет надежды на выздоровление. Помочь примириться с этой мыслью, осознать, что смерть — это конец жизни земной и начало жизни вечной, привести в порядок дела
и мысли — такое под силу далеко не каждому дипломированному медику. Стоит ли говорить, как тяжела эта работа, оплачиваемая столь мизерно. Тем не менее милосердие и отзывчивость на чужую боль существуют. Сотрудники хосписов, как правило, исключительно добрые и самоотверженные люди, для которых милосердие не просто красивое слово, а необходимое дело.

Вопреки утвердившейся догме, согласно которой в хоспис привозят умирать, здесь повсюду дыхание жизни, быть может, самое полноценное для тех, чья жизнь исчисляется днями и часами. Здесь не обитель слез
и печали — это место, где пробуждается душа, встречаясь с сердечными пастырями страждущих в трагический период их жизни. Любовь часто понимают как чувство, направленное на другой пол, понятна любовь
к отечеству, к семье, дому. Для тех, кто работает в хосписе, любовь — это, прежде всего, состояние. Ее чувствует каждый, кого касаются их руки, кому они улыбаются, кого слушают. Это особое состояние создает атмосферу, в которой нет места лицемерию и лжи. Здесь всем «все понятно»,  и цель взявшихся за руки людей — поддерживать тех, чьи дни сочтены. Здесь не навязывается особое миропонимание, а предоставляется выбор — знать или не знать правду о себе. Важным является тот Последний земной час, когда расставляются все точки над i, когда возникает желание прожить и пережить его сознательно, не уходя при помощи лекарств от сложных, но таких необходимых поисков ответов на вопросы, поставленные жизнью. В этот Последний час открывается дверь, за которой ответ на сакраментальный вопрос — есть ли продолжение жизни, реальна ли сама смерть. Наступает момент, когда тревога, страх, гнев и скорбь отступают. На смену приходит смирение с судьбой, вся суета становится бессмысленной, в душе воцаряется покой, принятие конца и терпеливое ожидание. Наступило время последней передышки перед дальней дорогой.

 

Лёгкой жизни я просил у Бога:

Посмотри, как мрачно всё кругом.

Бог ответил: подожди немного,

Ты меня попросишь о другом.

Вот уже кончается дорога,

С каждым годом тоньше жизни нить —

Лёгкой жизни я просил у Бога,

Лёгкой смерти надо бы просить.

                                               И. Тхоржевский (1878—1951)

 

 

 

С уважением,

профессор                                                                                                        Ю. К. Абаев

 


Автор(ы): Ю. К. АБАЕВ
Медучреждение: Редакция журнала «Здравоохранение», Минск, Беларусь