Перейти к основному содержанию

Научно-практический рецензируемый ежемеcячный журнал. Орган Министерства здравоохранения Республики Беларусь
Входит в Перечень научных изданий Республики Беларусь для опубликования результатов диссертационных исследований по медицинским и биологическим наукам. Журнал включен в систему Российского научного цитирования.
Журнал издается с 1924 года.

Фитотерапия партизан в годы Великой Отечественной войны

It appears your Web browser is not configured to display PDF files. Download adobe Acrobat or click here to download the PDF file.

Click here to download the PDF file.

Представлены исторические данные о примене­нии растительных лекарственных средств в парти­занских соединениях во время Великой Отечествен­ной войны. Опыт врачей партизанских соединений во время Великой Отечественной войны является весь­ма ценным и может быть использован при разработ­ке растительных лекарственных средств для приме­нения в различных областях медицины.

В результате немецко-фашистской оккупа­ции на территории Белоруссии возникли тяже­лые санитарно-бытовые условия. Большинство городов, тысячи деревень и сел республики были разрушены и сожжены. Не хватало про­дуктов питания, одежды, мыла. Существовав­шая в Белоруссии до войны система здравоох­ранения была полностью ликвидирована окку­пантами, вследствие чего организованная ме­дицинская помощь населению отсутствовала.

По данным И. А. Инсарова, назначенного в начале 1943 г. начальником санитарного отде­ла Белорусского штаба партизанского движе­ния, созданные на территории БССР первые партизанские отряды и группы имели весьма ограниченное число медицинских работников. В конце 1941 г. было «всего шесть врачей и чуть больше средних медицинских работни­ков». Всего в партизанских соединениях Бело­руссии работало 570 врачей и 2095 средних ме­дицинских работников.

По воспоминаниям врача И. Л. Друяна, «структуру санитарной службы в Минском сое­динении установили следующим образом. Во главе стоял начальник санслужбы соединения, которому подчинялись начальники санитарных служб бригад. В каждом отряде также был на­чальник санитарной службы, имевший в своем подчинении фельдшера или медицинскую сес­тру и несколько санинструкторов. Постепенно в бригаде сложилась следующая схема ее са­нитарной службы. При штабе бригады был начальник санитарной службы, которому подчи­нялись начальники санитарных частей всех четырех отрядов. Санчасть отряда объединя­ла ротных медсестер или санинструкторов. На­чальник санслужбы бригады являлся одновре­менно и начальником госпиталя. В бригадном госпитале имелись операционное, терапевти­ческое и отдельно инфекционное отделения. Была у нас также небольшая аптека».

В начальный период своего становления ме­дицинская служба партизанских формирований испытывала большие трудности со снабжени­ем медицинским имуществом, необходимым для лечения раненых и больных партизан. Обычно его добывали при содействии связан­ного с партизанскими формированиями меди­цинского персонала, работавшего в немногочи­сленных лечебных учреждениях и аптеках, функционировавших на оккупированной фаши­стами территории. Таким медицинским работ­никам через связных партизанского отряда пе­редавали «заказ» на нужные медикаменты и пе­ревязочный материал. Они этот заказ выпол­няли и через связных отправляли медицинское имущество в партизанский отряд.

Выполнение медицинскими работниками та­ких партизанских заданий было далеко не безо­пасным делом и требовало от них большой вы­держки и мужества. Героический подвиг совер­шила комсомолка-подпольщица Галя Аржанова. Работая в аптеке Бреста, она передала парти­занам медикаментов более чем на 40 000 руб­лей, за что была казнена фашистами.

Добывали медицинское имущество партиза­ны и во время налетов на вражеские гарнизо­ны и транспорт. Прибегали к использованию местных ресурсов в качестве заменителей недостающего медицинского имущества. Как со­общает М. И. Петров, медицинской службой партизанских формирований широко применял­ся мох вместо ваты, парашютный шелк и суро­вое полотно вместо бинтов, из тола изготавли­вали противочесоточную мазь, а ректифициро­ванный спирт заменяли самогоном после его двукратной перегонки.

Дефицит лекарств вынудил врачей исполь­зовать лекарственное растительное сырье. До войны врачи в институте получали крайне недо­статочно знаний, которые могли бы позволить им заготавливать и применять травы для лече­ния и профилактики болезней. Только во время Великой Отечественной войны стали выходить большими тиражами книги по техническому, ле­чебному и пищевому применению трав: В. Л. Ко­маров и соавт. «Главнейшие дикорастущие пи­щевые растения Ленинградской области» (1944), Н. В. Павлов «Дикие полезные и технические растения СССР» (1943), Б. М. Козо-Полянский «Чайные растения Казахстана» (1943), А. А. Ни­китин, И. А. Панкова «Дикорастущие съедобные растения Ленинградской области» (1944) и др.

Советским врачам нелегко было овладевать основами фитотерапии в тяжелых военно-полевых условиях. Кандидат медицинских наук, заслуженный врач БССР И.Л.Друян в книге «Клятву сдержали» вспоминает о своей работе врачом в одном из партизанских отря­дов белорусского Полесья: «Признаться, до того как попасть в партизаны, я, как, впрочем, и большинство других наших врачей, специаль­но не занимался изучением лекарственного сырья. То, что мы проходили в институте, было крайне недостаточным. К тому же я вов­се не готовил себя в фармацевты. Знание це­лебных свойств различных растений и трав пришло много позже. Вначале мне неоценимую услугу оказали местные жители, полешуки старшего поколения, которые превосходно знали разные травки, корешки, настойки и на­тирания. Эти люди и в мирное время широко и умело пользовались целебными травами. По­мнится, когда я первое время начинал им жа­ловаться на недостаток лекарств, они лишь пожимали плечами:
— Доктар... доктар... Ти не бачыш, што леки розныя у тябе пад нагами».

И. Л. Друян подробнейшим образом описал особенности лечения партизан народными средствами. Впрочем, достаточно условная граница между народной и научной медициной во время войны стирается.

Заготовка лекарственных растений (трав, кор­ней, почек, ягод и др.) шла непрерывно в тече­ние всего года. Весной в период сокодвижения партизаны белорусского Полесья заготавлива­ли березовый сок, почки березы, кору дуба, поздней весной — почки сосны, шишки сосны, цветки малины; в июне— цветки липы, лист и ягоды земляники, почки сосны; в июле — ягоды черники, малины; осенью — ягоды клюквы, кру­шины, корни валерианы; зимой собирали почки березы, соплодия ольхи. Также заготавливали листья подорожника, корневища окопника, побе­ги багульника, хвою и живицу сосны и ели.

Применялись разнообразные формы препа­ратов из лекарственных растений — отвары, настойки на самогоне, мази на говяжьем жире с порошками растений, при простуде делали ингаляции.

Аптечка партизанского соединения состоя­ла из следующих групп растений:

  • вяжущие противопоносные растения (кора дуба, соплодия ольхи, ягоды черники);
  • противомикробные и регенерирующие (поч­ки и листья березы, корни окопника, слоевища цетрарии);
  • потогонные противопростудные (цветки липы, цветки и ягоды малины, почки березы, побеги багульника);
  • витаминные (ягоды клюквы, брусники, хвоя, листья березы, крапива);
  • для лечения соматических заболеваний (по­беги черники для лечения сахарного диабета);
  • противочесоточные (порошок из почек бере­зы для приготовления мазей, березовый деготь);
  • перевязочный материал (торфяной мох сфагнум).

И. Л. Друян описал лечение растениями эк­земы, гнойных ран, чесотки: «Порошок из бе­резовых почек является поистине уникальным лекарством. При различных кожных заболева­ниях типа гнойничковых, экземы, медленно за­живающих ранах мы делали специальную мазь-пасту. Приготовление ее осуществлялось без точной дозировки. Например, при лечении экземы брали чайную ложку березового по­рошка, смешивали со 100—150 г топленого не­соленого свиного сала, иногда для большей плотности добавляли немного парафина. Этим составом обильно смазывали пораженные эк­земой места.
    
Если же готовилось лекарство для лечения медленно заживающих ран, мы к этой мази при­бавляли немного йода, несколько кристаллов марганцовки. Позже, когда с Большой земли к нам начали поступать белый и красный стрептоцид, включали и его в эту смесь. Такая березовая мазь оказалась очень эффективным лекарством. При экземе уже на вторые сутки резко уменьшался зуд в области поражения, через два-три дня эти участки подсыхали. Если мазь накладывалась на раны, они вскоре очищались от гнойных наслое­ний, и заживление проходило намного быстрее. С успехом применялся березовый порошок и для профилактики отморожений. В этом случае мазь готовилась на говяжьем жиру.

Особую популярность завоевала береза при лечении чесотки. Заболевание это встречалось у нас довольно часто. Оно и понятно. В наших условиях трудно, порой просто невозможно было соблюсти определенный санитарно-гигиенический режим. Ведь ребята уходили на задание иной раз на много суток. Длительное время они находились далеко от основной базы, ночевали, где придется. То ли это была кресть­янская хата, где незнакомые, но добрые люди оставляли ребят на ночь у себя, то ли сарай, стог сена, иногда просто куст орешника. И если в та­ких случаях летом можно было умыться в озере или безымянной речушке, то зимой это сделать было трудно. Умывались снегом. Поэтому чесот­ка наиболее часто поражала людей в зимние месяцы.

От чесотки лечили примитивным, но очень эффективным способом. Из березовой коры добывали деготь, к нему добавляли тол, который заменял нам серу, и свиной жир. Ком­поненты тщательно перемешивали и втирали в пораженные участки тела. Такой мазью натира­ли больные места по три раза на протяжении нескольких дней, затем больного направляли в баню. Подобная процедура повторялась дваж­ды, трижды, до полного выздоровления».

Одной из наиболее серьезных проблем ра­невых патологий является инфицирование ран патогенными микробами и грибами. Поэтому вели поиск лекарственных растительных средств, повышающих регенераторный потен­циал организма, обладающих противомикробными, антидеструктивными свойствами.

Известны случаи использования партизана­ми сфагнового мха для перевязок без стерили­зации. Хирург И. П. Виноградов в годы войны приготовил сфагновую мазь из листьев сфагнума папиллозного (S. papillosum) и вазелина, взятых в соотношении 1:1, которая способство­вала заживлению гнойных ран. Мох сфагнум содержит полисахаридный комплекс, фенольные соединения, представленные преимуще­ственно фенолкарбоновыми кислотами. Изу­ченный сотрудниками Сибирского государ­ственного университета экстракт сфагнума бу­рого проявляет в эксперименте выраженное противовоспалительное, анальгезирующее, ранозаживляющее, антибактериальное и антифунгальное действие. Мазь с 3% экстрактом бурого сфагнума была предложена С. Е. Дмитруком и соавт. в 2008 г. в качестве ранозаживляющего средства (патент РФ № 2396972).
При длительно незаживающих ранах давали пить настой листьев березы. Лист березы назна­чали в случаях понижения общего питания при сыпном и брюшном тифе, туберкулезе легких, дизентерии, желудочно-кишечных заболеваниях.

Бывший заведующий райздравотделом г. Новогрудка, начальник медико-санитарной службы партизанского отряда «Искра» брига­ды им. Кирова врач К. Р. Гордин хорошо знал лекарственные растения и лечил ими. Лесные ягоды, березовые почки и сок, валериана, ро­машка, подорожник, лопух, сок редьки, крапи­ва возвращали партизанам силы.

Особое пред­почтение отдавал ежевике, о применении кото­рой в научной медицине не говорилось. Но автор убедился на практике, что листья ее обладают вяжущим, потогонным, кровоостанавливающим и ранозаживляющим свойствами, способствуют очищению раны от гноя. Установил хороший эффект и от полоскания полости рта отваром при ангинах и воспалительных процессах. Яго­ды и сок ежевики хорошо утоляли жажду у боль­ных с лихорадкой и снижали жар.

Опыт лечения заболеваний в условиях партизанской войны описан в кандидатской диссертации И. А. Инсарова — в годы войны начальник медицинского обеспечения партизанского движения в Белоруссии, позднее — министр здравоохранения Белоруссии.

Таким образом, опыт врачей партизанских соединений периода Великой Отечественной войны имеет огромное медицинское значение, может быть использован для разработки пре­паратов растительного происхождения в раз­ных областях медицины.

ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА
1. Богушевич Н. А. //Здравоохр. Белоруссии.— 1977.— № 7.— С. 7—11.
2. Дмитрук В. Н. Сравнительное фармакогности-ческое исследование растений рода Sphagnum и перс­пективы их использования: Автореф. дис.... канд. фарм. наук.— Пермь, 2008.
3. Дмитрук С. Е., Бабешина Л. Г., Дмитрук В. С. Ранозаживляющее средство.— Патент РФ 2396972.
4. Друян И. Л. Клятву сдержали.— Минск, 1975.
5. Инсаров И.А. //Здравоохр. Белоруссии.— 1975.— № 5.— С. 9—15.
6. Карпова В. И., Гурина Н. С., Бузук Г.Н. и др. Флора Республики Беларусь. Медицинское и хозяйственное значение.— Т.1.— Витебск, 2005.
7. Корсун В. Ф., Корсун А. А. // Здравоохр. Белорус­сии.— 1977.— № 1.— С. 55—57.
8. Корсун В. Ф., Корсун Е. В. История фитотерапии в дерматологии.— М., 2013.
9. Корсун В. Ф., Малышко М. А., Корсун Е. В. История фитотерапии в Белоруссии.— М., 2012.
10. Крючок Г. Р. Очерки истории медицины Белару­си.— Минск, 1976.
11. Минько Л. И. Народная медицина Белоруссии (краткий исторический очерк).— Минск, 1969.
12. Попов М. А. // Материалы конф. кафедры истории Белоруссии и политологии.— Минск, 2010.— С. 45—48.
13. Савич-Любицкая С. И. // Природа.— 1943.— № 4.— С. 41—50.
14. Тищенко Е. М. Здравоохранение в Белоруссии в период Великой Отечественной войны (1941—1945 гг.): Автореф. дисс. . канд. мед. наук.— Минск, 1991.
15. Шевелёв В. К. // Практ. фитотерапия.— 2010.— № 10.— С. 17—21.

Поступила 22.04.15.

Адрес для корреспонденции:
Корсун Елена Владимировна. Российский университет дружбы народов (РУДН)
Институт восточной медицины. 117198, Россия, г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, 6; сл. тел.: +7 (495) 690-92-00.

  • Я только что вернулся с большого международного форума врачей и ученых, проходившего в Санкт-Петербурге. На нем обсуждались вопросы совершенствования диагностики и лечения хронического миелолейкоза. Мы теперь уже добились того, что продолжительность жизни таких больных увеличилась в четыре раза, в России уже живут, радуются жизни и трудятся люди, излеченные от этого тяжелого заболевания... На форуме наряду с отечественными клиницистами выступали гематологи из Хьюстона (США), Турина (Италия), Мангейма (Германия).
  • Я вспоминаю свои беседы с больными — преподавателями медицинского института, профессорами. Что говорить, трудно с ними работать! Трудно с ними говорить и действовать, как со всеми остальными пациентами...Что еще характерно для заболевшего врача в психологическом плане? Частенько такой пациент напрочь забывает не только действие препаратов, но и время их приема, хотя сам в своей жизни неоднократно назначал их.
  • При осмотре мы прежде всего также уделяем особое внимание кожному покрову. Нормальная кожа и изменения ее при различных заболеваниях довольно подробно представлены в учебниках и монографиях. Здесь мне хочется лишь привести некоторые сведения, которые будут интересны врачам различных специальностей и позволят понять, почему кожа претерпевает изменения. Известно, что кожа — это полноценный орган, который дополняет и дублирует функции различных внутренних органов. Она активно участвует в процессе дыхания, выделения, обмене веществ.
  • Я никогда не заканчиваю расспроса-беседы с больным без того, чтобы выяснить хотя бы ориентировочно состояние взаимоотношений в семье. Полипрагмазия — бич современной медицины, клиники внутренних болезней. На обходах часто приходится видеть, как больным назначают 13—16 препаратов, нередко с взаимоисключающими фармакологическими свойствами.
  • Изучив сотни диагностических ошибок, сотрудники нашего коллектива убедились, что в ходе диагностического процесса практические врачи нарушают даже самые элементарные правила логики. Например, они неправильно применяют методы аналогии, индукции, дедукции.
  • А в настоящее время мне самому приходилось и в поликлиниках, и в стационарах слышать такие «уважительные и милые» обращения медицинских работников (и даже студентов, которые берут со старших пример!!!), как «голубушка», «бабуля», «золотце», «милочка», «голубчик», «бабуся», «дедуся», «дедуля», «женщина», «человек», «старик», «папаша», «мамаша», «отец», «мать», «барышня», «мужик», «тетя», «дядя» и т. д. Многие из таких слов для больных обидны, полны презрения, как правило, задевают самолюбие пациентов и их родственников.
  • Он редко выслушивал до конца доклад о больном, часто сразу же задавал вопросы, уточняющие характер течения болезни, особенности жизни. Удивительно, что вслух он мог сказать: «Что-то тут мне не ясно. Чего-то не хватает в истории болезни». И начинал сам собирать и выяснять эти «недостающие звенья».
© Редакция журнала «Здравоохранение» - 1924 - 2014гг.
Разработка сайта - doktora.by - сайт для врачей Беларуси