Медицина и нравственность

Ю. К. Абаев

Дорогие коллеги!

Со времен Гиппократа признано — нравственная культура врача — это не только заслуживающее уважения свойство его личности, но и качество, определяющее профессионализм. Не устарела ли эта оценка в век современной технологичной медицины, когда появились невиданные ранее возможности, которые могут быть использованы как во благо, так и во вред, причем не только конкретному человеку, но и всему человеческому роду? Сегодня появились средства, с помощью которых осуществляется контроль над поведением человека, рождаемостью, жизнью и смертью, которые могут повлиять на демографию, экономику, право, мораль.

Со второй половины XX века возможности медицины связаны не только с лечением, но и с управлением человеческой жизнью, при этом, как ни парадоксально, осуществляется не только продление, но и обесценивание человеческой жизни. Развитие трансплантологии приводит к созданию «рынка» человеческих органов с «теневым» бизнесом, уносящим тысячи человеческих жизней; успехи реаниматологии увеличили интерес к проблеме эвтаназии; искусственное оплодотворение предполагает уничтожение жизнеспособных, но «лишних» эмбрионов человека; генетическое прогнозирование с целью «искусственного отбора» в руках политиков определенного толка может превратиться в орудие массового уничтожения.

Что лежит в основе этого явления? Распространение в обществе этического нигилизма
и прагматических моральных воззрений, истоки которых уходят в номинализм XIV в. и антропоцентризм. Эволюционируя в XX в., антропоцентризм, не приемлющий зависимости человека от высших сил, будь то природа или Бог, провозгласил человека «творцом» своей жизни и самого себя, способного переустроить не только собственную среду обитания — Землю, но и Космос, преобразование, грозящее уничтожением всего живого (П. А. Флоренский, 1992). Для антропоцентризма характерно удовлетворение естественных потребностей человека, используя новые этические стандарты: «право на смерть», «убийство из милосердия», «технология деторождения», «искусственный отбор». Связующим звеном этих «стандартов» являются «права человека», при этом понятие «добро» перестает выполнять функцию оценки как высшей точки отсчета регулирования человеческих отношений и «добром» оказывается право каждого. Лишаясь своей нравственной определенности, «добро» превращается в «право как преимущество» и этика вслед за этим сводится к подсчету «прав», «преимуществ», «интересов» и «польз». Примером является гедонистический принцип «удовольствие — это единственное добро».

Антропоцентризм опасен не только новыми возможностями управления процессами рождаемости или смертности, опасно забвение подлинной «естественности» человека, с которой связано регулирующее положение традиционных нравственных ценностей в христианской традиции, не предполагающей произвольного манипулирования биологической природой человека. В ее границах доминирует не противопоставление науки этике и религии, а плодотворное согласие познания с чувством ответственности и совести, с пониманием значения различия понятий «добра»
и «зла» (И. В. Силуянова, 2000).

Сторонники традиционной нравственной культуры вкладывают в понятие «этическое» регуляцию человеческих отношений со сверхзадачей сохранения жизни — человека, популяции, культуры. История свидетельствует, что некоторые «новейшие» технологии в медицине не так уж
и новы, многие из них зарождались в недрах христианской культуры. Первый опыт искусственного оплодотворения произвел аббат Л. Спалланцани (1729—1799), основателем генетики является монах Г. Мендель (1822—1884). Моральный смысл их научных исследований определен мощным потенциалом милосердия и святости жизни, который «питал» медико-биологическое знание на протяжении 19 столетий, вплоть до середины XX в.

Утрата морального значения медицинской деятельности равносильна потере ее полноты и цельности. Ф. М. Достоевский, рассуждая о тенденции секуляризации знания, ввел понятие «полунаука», проявляющей себя отсутствием благоразумия, нравственной неполнотой разума. Феномен «полунауки» обнаруживает себя в использовании некоторых современных биомедицин­ских технологий. Воля и интеллект человека, не ограниченные нравственным законом и вооруженные новейшими достижениями науки, подобны стихийному бедствию. Забвение этической компоненты медицины равносильно ее распаду.

 

 

 С уважением,

 профессор                                                                            Ю. К. Абаев


Автор(ы): Ю. К. Абаев
Медучреждение: Редакция журнала "Здравоохранение"